Познавать мир можно и дома.
Что активно мной практикуется.
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Познавать мир можно и дома. > Записи друзей > Записи сообществ


Записи все / пользователей / сообществ
кратко / подробно
среда, 14 ноября 2018 г.
a 163 baran 17:34:22
Запись только для зарегистрированных пользователей.
четверг, 1 ноября 2018 г.
89. teufelin в сообществе constellation 8 10:38:56

voodoo in my blood


Рассказ «Мадридские тетради»

Подробнее…1



Самый верный способ влюбиться в город — потеряться в нем. Очень просто: выбросьте карту и сверните в любой переулок. Если спустя час вы не жалеете о содеянном — это любовь.

Такая тактика, конечно, может выйти боком — и часто выходит. Например, в Лиме мы с братом однажды дошли до фавел и потом очень долго выбирались из них — из этого стихийного, агрессивного лабиринта, — используя прием, описанный Борхесом в «Саду расходящихся тропок»: сворачивай влево на каждой развилке (как выбрались — не помню, скорее всего, мы просто надоели лабиринту, и он выплюнул нас обратно в цивилизацию — к фонарям, асфальту и автомобилям; брат, впрочем, любит говорить, что мы так и не выбрались и до сих пор блуждаем по наклонным улицам, между домами, сколоченными из кусков фанеры и шифера, и все эти голодные детские глаза до сих пор смотрят на нас из-под лестниц и из щелей в заборах; я с ним согласен — такой вариант тоже нельзя исключать).

***

Вот и в Мадриде я в первый же день вляпался в историю. Свернул в какой-то темный двор, под арку, и там нарвался на полицейского. Он что-то спрашивал на испанском, я отвечал на русско-английском — мы оба не понимали ни слова; и оба улыбались, как идиоты; короче, весело поговорили. В конце концов, отчаявшись наладить связь, я перешел на русские клише:

— Я из России! Водка. Матрешка. Чехов. Антон Палыч.

При слове «Чехов» взгляд испанца прояснился — он пожал мне руку:

— Jose Martinez.

— Нет-нет, — говорю, — не я Чехов! Это писатель такой русский — Чехов.

— Si, si.

Он взял меня под локоть и жестом показал: «идем». Через пару минут мы вышли на площадь Santa Anna, гудящую, наполненную туристами и музыкантами. Остановившись возле одного из ресторанных столиков, страж закона перекинулся парой фраз с какой-то девушкой, она изумленно посмотрела на меня и сказала по-русски:

— Он говорит, что ты Чехов.

— Ага, — говорю, — я люблю погулять по Мадриду с тех пор, как умер.

Она улыбнулась и ногой выдвинула стул напротив.

— Садись. Только кеды сними.

— Чего?

— Кеды, говорю, сними. У испанцев есть традиция — обедать без обуви.

Я оглядел ноги людей, сидящих за соседними столиками, и снова повернулся к ней.

— Ты правда думала, что я поведусь?

Она пожала плечами.

— Ну, попробовать стоило. Садись уже.

Так началось самое странное знакомство в моей жизни. Ее звали Анна; национальность — русская, в душе — испанка, и лгунья — по натуре. Мы подружились сразу, нас сблизила любовь к импровизациям.

— Живешь здесь? — спрашиваю.

— Нет. Прячусь.

— От кого?

— От жениха.

— Это как?

— Да так. Игра. Он сделал мне предложение, а я сбежала в Мадрид. Он — частный детектив. Если найдет меня в течение недели — значит, он мастер своего дела. А я, если и выйду замуж, то только за мастера.

Я помолчал.

— Хорошо, я сделаю вид, что поверил.

— Отлично, тогда я сделаю вид, что мне не плевать — поверил ты или нет.

К нашему столику вернулся тот самый блюститель закона и протянул мне книгу. Ну, разумеется: сборник рассказов Чехова на испанском.

— Он хочет автограф, — перевела она.

— Скажи ему, что он ошибается.

Она засмеялась.

— С ума сошел? Я пять минут назад подтвердила, что ты Чехов. Просто подпиши.

— Любишь пудрить мозги?

— Больше всего на свете.

Я вывел на форзаце: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Полицейский был в восторге, он любил рассказы русского писателя.

— Надеюсь, он не слишком разозлится, когда поймет, что я не Чехов.

— Он не поймет, — Анна, улыбаясь, махала ему рукой, — он же полицейский. Их этому не учат.



2



Она необычна во всем — любит, например, совать руки в мои карманы. Ее интерес ко мне скорее антропологический: сделать что-нибудь — и наблюдать за реакцией. Может задать вопрос и тут же прервать на полуслове: «все, мне неинтересно». И эта грубость — не от плохого воспитания, а от желания нащупать степень моей обидчивости.

Я быстро понял: все, что она рассказывает — скорее всего, ложь. Особенно нелепо звучала эта история с женихом-детективом, от которого она якобы прячется.

Вообще, это симптоматично — чем безумней человек, тем легче мне общаться с ним (с ней). Это хорошо для жизненного опыта, но — не для душевного равновесия. Каждый раз, пережив очередное столкновение с такой вот незнакомкой я, как диковинный морской гад, отращиваю новую нервную систему; прочнее прежней.

Меня умиляет ее манера общения: начать фразу на русском, закончить на испанском, а потом искренне удивиться тому, что я не понял ни слова.

Она умна и одновременно полна суеверий: ну, какой, скажи мне, смысл креститься каждый раз при виде католического храма, если ты православная?



3



Мы зашли в ее квартирку — лиловые обои, рассохшийся паркет. Она заперлась в ванной. Голос из-за двери:

— Чувствуй себя как дома.

Я прогулялся по комнате: уютно, но ощущение странное — ни одной фотографии, ни одной личной вещи. Мотаю головой и уже задаюсь вопросом: «Тут есть хоть что-нибудь способное рассказать ее историю, выдать, доказать, что она существует, — именные чеки из банка, рецепт от врача, фотографии родственников, друзей, жениха?» — но нет, ничего такого я не нахожу.

Прошло пять минут, десять, она все еще в ванной. Мое любопытство часто меня подводило — вот и сейчас я, кажется, перешел грани разумного: берусь за ящики стола: в верхнем — маленький литровый аквариум с рыбами-гуппи, в среднем — копченая скумбрия, в нижнем — записка: «и что ты надеялся здесь увидеть, Шерлок?». Этот неожиданный коллаж, надо думать, адресован мне — я говорил ей, что занимаюсь дизайном аквариумов.

«Вот так, значит? Хочешь устроить соревнование — кто кого переабсурдит? Что ж, вызов принят».

Долго не раздумывая, снимаю кеды и ставлю их в холодильник, на верхнюю полку, между моцареллой и пакетом молока. Захлопываю дверцу, и тут же понимаю, как глупо и неостроумно это выглядит, но переигрывать поздно — она выходит из ванной. Открывает холодильник, достает моцареллу, идет к столу и как ни в чем не бывало нарезает ее керамическим ножом. Все это время я не свожу с нее взгляда — как игрок в покер ищу следы эмоций на лице. Но — тщетно.

— Руки помой, — говорит. И еще что-то по-испански.

— Чего?

— Розовое полотенце — для лица.

Когда я возвращаюсь, на столе стоит тарелка, а в ней — мои кеды, нарезанные на ломти. Совсем новые, купленные вчера в магазине на улице Ареналь, и теперь — нарезанные на ломти.

— Оливкового масла сам добавь. По вкусу, — говорит она, посыпая моцареллу специями.

Я смотрю на нее, на кеды, снова на нее, и говорю:

— Туше.

В отель я возвращаюсь босиком, с носками в кармане. Брусчатка под ногами гладкая и теплая.



4



Мы были в двух главных мадридских музеях — Prado (классическое искусство) и Reina Sofia (современное). Сравнивать их глупо — это как сравнивать стаю журавлей с яичницей; и то и другое, несомненно, имеет отношение к птицам, но — яичница не умеет летать.

***

Кстати о Prado — в музее мы умудрились впутаться в веселую историю. У меня есть дурацкая привычка — спорить с гидами. И в этот раз не удержался; мы прибились к экскурсионной группе англичан (или уэльсцев) и осторожно ходили за ними, слушая биографические сводки о жизни Тициана, Босха и прочих. Естественно, гид говорил кратко и скучно, — они всегда так говорят. Я долго терпел; честное слово — очень долго. Даже когда он сказал, что рыба на «Триптихе» Босха — это фаллический символ, я не стал ворчать и закатывать глаза. Но когда мы добрались до «Расстрела повстанцев 3 мая» Гойи, мое терпение иссякло…

Чтоб вы знали: расстрел повстанцев 3 мая 1808 мая — одно из самых значимых событий в истории Испании. Переломный момент в освободительной борьбе с Наполеоном, захватившим Испанский трон 23 марта 1808.

2 мая 1808 года маршал французской армии Мюрат распорядился выслать из Мадрида Франциско да Паула, младшего сына короля Карла IV. Конвой, сопровождавший принца, даже не успел покинуть двор Королевского дворца — повстанцы, численностью не больше двухсот человек, напали на гренадеров императорской армии. Естественно, атака захлебнулась, но смелость тех людей вдохновила остальных горожан — и уже к полудню во всех концах Мадрида с улиц стали исчезать французские солдаты; их потихоньку били и утаскивали в темные переулки.

Маршал Мюрат распорядился в тот же вечер расстрелять взятых в плен повстанцев — в назидание остальным. И в ночь на третье мая приказ был приведен в исполнение. Это случилось на холме Principe-Pio (2,5 километра на север от Королевского дворца). Теперь там расположена часовня San-Antonio-de-la-Florida, и там же похоронены 43 храбреца.

Так вот, гид не сказал об этом ни слова. Поэтому я подал голос:

— Постойте-ка. — Сказал я по-английски. — А что насчет маршала Мюрата и младшего сына короля Карла четвертого и мамелюков?

Туристы-англичане повернулись ко мне, ожидая продолжения, и, в общем, я занялся своим любимым делом — вольным пересказом учебника истории. Где-то в середине моей реконструкции сражения, когда я пытался изобразить крестьянина, голыми руками отражающего атаку мамелюков, Анна потянула меня за рукав, кивнула на гида: «кажется, он вызывает охрану, идем отсюда». Лицо у гида действительно покраснело от ярости — как будто в борщ макнули. Мы попытались тихонько скрыться в толпе, но тут возникли сложности — туристы-англичане теперь ходили за нами, надеясь на продолжение военной реконструкции. Минуты три я объяснял им, что я не гид, я — гад, мешающий гидам работать.



5



Собор Альмудены, кроме божественной неоготической архитектуры, славен в первую очередь тем, что строился сто лет (с 1883 по 1993). Первый проект был разработан еще Франсиско де Кубасом, после него чертежи перекраивали еще шесть поколений архитекторов. Как остроумно подмечено в путеводителе: «любое совпадение с замыслом автора — чистая случайность». Отличная формулировка, по-моему; и главное — она применима к человеку; вообще, с нее могла бы начинаться Библия.

Я давно подозреваю: человека сочиняли сразу несколько авторов, и они часто ссорились.



6



Не знаю, чего я ждал от корриды. На бой быков я шел ради культурного, так сказать, обогащения; побывать в Мадриде и не увидеть тореадора — нелепость.

Анна была не в восторге от этой идеи:

— Платить за то, чтобы у тебя на глазах замучили животное? Напомни, какой сейчас год?

Мы немного поспорили — и забыли. Но к вечеру, когда я собирался за билетами, она взяла меня под локоть:

— Я тоже пойду.

— В смысле? А как же «платить за замученное животное», вот это все?

— А я и не буду платить. За меня заплатишь ты.

***

И вот мы здесь. Арена Лас-Вентас — огромное круглое сооружение из красного кирпича; подковообразные окна, и башенки, похожие на минареты. Забавно — самое испанское строение в Испании выполнено в арабском стиле (это, кстати, отличительная черта Мадрида — арабы в свое время проиграли бой за город, но наследили основательно — особенно в архитектуре).

На площади перед ареной стоят памятники знаменитым тореадорам и, ээээ, Александру Флемингу. Последний здесь не случайно — в знак благодарности, — его пенициллин спас от смерти многих тореадоров-неудачников.

Возле билетных касс все очень странно — работают все сразу, но очередь только в одну из них. Подхожу посмотреть, в чем дело — ну да, кто бы сомневался? Кассирша — красотка.

Внутри арена выполнена с сохранением всех традиций — никаких тебе кресел или скамеек, — только гранитные плиты — почти как греческий амфитеатр. Для тех, кто не желает сидеть на холодном камне, есть отдельная услуга — маленькая кожаная подушка. Их раздают у входа на трибуну — цену я не уточнял.

За час до представления площадь наполняется торговыми палатками и ожидающими зрителями. Гомон такой, что аж закладывает уши. Цены — за гранью добра и зла, но никто не торгуется. Повсюду слышны вопли продавцов. Особой популярностью пользуется один из них — высокий, худощавый дядька с огромным ртом, под завязку набитым кривыми желтыми зубами. Он кричит, размахивая пакетом с арахисом, но на лице, в глазах его такой восторг, словно в руках он держит не арахис, а только что родившуюся дочь.

В вестибюле арены не протолкнуться. Внутри она тоже, кстати, выглядит вполне традиционно, даже архаично: кирпич, гранит и кованые решетки — никаких тебе металлопластиковых окон или мониторов, — словом, казематы . Не удивлюсь, если в подвале — пыточные камеры с бороздками для стока крови на полу.

Мы с Анной долго безуспешно пытаемся найти верный путь в этом человековороте. Периодически нас подхватывает толпа и несет дальше по проходу. Сопротивляться бесполезно — людей так много, что любое лишнее движение гарантирует перелом. В итоге нас выносит к воротам, и молодой парень в синей майке, бросив взгляд на билеты, выводит нас на трибуну. После прохладного сумрака вестибюля я вновь попадаю под Мадридское пекло и на мгновение слепну. Трибуны похожи на стаю бабочек — люди размахивают разноцветными веерами.

«Синяя майка» показывает нам наши места — участок плиты с черными цифрами 40 и 41. Мы садимся, но ненадолго — люди поднимаются вверх, шагая прямо по нам. Буквально. Все это выглядит дико, на грани давки, но, как ни странно, никто не паникует и не возмущается, напротив, — сидящие помогают остальным. Вас не станут ругать, если, поднимаясь, вы обопретесь на чье-то плечо; и даже больше — вам помогут.

Среди всей этой «калькутты» умудряются лавировать торговцы — они в красных майках с подробным прейскурантом на спине. Умно.

Я вижу нескольких людей в дорогих костюмах с кубинскими сигарами — они весело толкаются, пробираясь к своим местам, стряхивая пепел на головы нижесидящим, и довершают собой балаганную картину сегодняшнего вечера .

Часы над восточной трибуной показывают ровно семь.

Началось.

Играет музыка «Тореадор, смелее в бой», открываются ворота, и на арене появляются тореадоры. Их шестеро — и это первое, что меня удивило. Мне-то всегда казалось, что коррида — это честный бой быка и человека — один на один. А тут — шесть мужчин в черно-золотых одеждах, в смешных обтягивающих штанах и в черных шапках, похожих на перекошенные парики. Они подходят к западной трибуне и приветствуют королевское ложе. В ложе пусто — но традиция есть традиция.

Наконец, под раскаты рукоплесканий появляется бык. Животное не выглядит агрессивным — скорее растерянным; и задача шести тореадоров — разозлить его. Каждый из них по очереди выбегает в центр круга, размахивая желто-сиреневой тканью (красная, если я правильно понял, это привилегия главного тореро). Бык ревет, песок летит из-под копыт. Его шкура лоснится на солнце. Он прекрасен. Ему почти удается поддеть одного из тореадоров, ткань падает на землю, и тореро бросается бежать — неловко, даже как-то карикатурно. Для полного сходства с клоуном ему не хватает огромных ботинок. В этот момент я понимаю, что болею за быка, и жду — когда же он подцепит на рога кого-нибудь из этих недотеп.

Я сижу достаточно близко, почти у края арены, и могу видеть черные глаза быка. И мне обидно за него. Их шестеро, а он один. Он борется, а они — развлекают толпу; вот этих вот людей с кубинскими сигарами и кока-колой.

На арене появляются два всадника на закованных в доспехи лошадях . Они похожи на Дон-Кихотов. Размахивают копьями, кричат. Бык переключается на них — пытается поднять одну из лошадей на рога, но ничего не выходит — доспехи не дают ему добраться до нее. Лошадь покорно перебирает копытами, на глазах у нее — шоры.

Всадник с победным воплем вонзает копье прямо быку под лопатку. Животное отскакивает — изумленное, обиженное.

«Оставь в покое лошадей, не трать силы! Они хотят измотать тебя! Будь умней!» — кричит Анна, и тут же оглядывается на меня. Мы испуганно улыбаемся друг другу — оказывается, мы оба болеем за быка.

Наконец, на арене появляется главный тореадор, Рамирез, — или как его там? — облаченный в бело-золотое. В его руках — две пики. Бык, конечно, бросается в бой, но он измотан.

Я до последнего надеюсь, что у быка есть тактика, что он лишь притворяется замученным, усыпляет бдительность. Но проходит минута, другая, и вот животное уже плюется кровью, ноги заплетаются. Тореадор целился в шею и между лопатками — и теперь быку больно ходить, он борется из чистого упрямства.

Это продолжается слишком долго. Бык падает, встает, и снова нападает, падает. На черно-бурой, мокрой от крови спине его уже болтаются шесть разноцветных пик. Тореадор, Рамзес, — или как его там? — после каждой атаки кланяется толпе, а мне жаль, что я не захватил с собой помидоров — отсюда я мог бы попасть ему прямо в лоб.

Ну, в самом деле, чего ты кланяешься? Неужели так уж много мастерства нужно, чтобы добить истощенного быка? Вот если бы вы сражались один на один, я бы уважал тебя, но ты ведь вышел на арену, когда бык уже истекал кровью. И даже хуже — бык не понимает, что вы делаете с ним, он ведет честный бой, а ты — ты одет в обтягивающее трико. Даже не знаю, что хуже — смерть per se или же смерть от рук человека в дебильном трико.

Все кончилось довольно некрасиво — бык споткнулся на полном скаку и мордой пропахал борозду в песке, попытался встать, но завалился на бок, и его вырвало кровью. Зрители вскочили с мест, затрепетали вееры. Тореадор, Рубигез — или как его там? — стал кланяться пустому королевскому ложу, в то время как один совсем молодой парень (видимо, стажер) перерезал быку горло. Вот тогда-то я и пожалел, что купил самый дорогой билет, так близко к арене. Я повернулся к Анне — она зажмурилась.

— Уведи меня отсюда.

Я взял ее за руку и повел к выходу, как слепую. Мне казалось, если зрители узнают, о чем я думаю, то рассмеются: «ха, размазня! Крови испугался!» — но испугался я не крови — чего ее бояться? — обычно я боюсь событий, кровь сопровождающих или предшествующих ей, — сегодня это аплодисменты; или, точнее, — диссонанс между происходящим на арене и зрительской реакцией.

Бросаю взгляд на хронометр — 19:30. Ровно пол часа. Вот это точность.

Уже добравшись до выхода с трибуны, я обернулся — два человека в смешных одеждах тащили быка к распахнутым воротам. Тащили за рога, и бык еще сучил одним копытом.

Зря обернулся.

Мы вышли на опустевшую площадь и пару минут молча стояли под памятником Александру Флемингу. С арены доносились звуки духовых и новые всплески рукоплесканий.

— Добро пожаловать в Мадрид, — сказала Анна.



7



Уже темнело, но фонари не горели. Люди ходили наэлектризованные — в прямом смысле: перед нами шла пара, парень хотел взять девушку за руку, и между ними сверкнула синяя искра. Они засмеялись. Разряды были отлично видны в сумерках.

Я прикоснулся к Анне и тоже увидел синий зигзаг.

— Скажи, а ты мстительный? — спросила она.

— Очень.

— И как ты обычно мстишь людям?

— Пишу о них.

— Какой-то странный способ.

— Самый лучший, если пишешь правду.

И ее последняя фраза во время прощания — чистая провокация:

— Обещай никогда не писать обо мне.
10:39:38 teufelin
SOURCE: http://dystopia.me
88. teufelin в сообществе constellation 8 10:27:24

voodoo in my blood


Тринадцать вздохов о лете

Это — тексты из стопки тетрадей, собранных учительницей русского языка и литературы после первого сентябрьского урока в одном из классов школы-интерната для детей с отклонениями. Какими именно и в какую сторону отклонениями — не декларируется; да нам и не слишком важно: у кого их сегодня нет, этих отклонений? Все мы — сплошные клоны единого отклонения, и интернат у нас большой и нарядный. Поэтому человек без отклонений вызывает нынче даже некоторую тоску, а уж читать его сочинения тем паче скучно.

Тринадцать разноцветных тетрадок лежат перед нами на столе. Некоторые из них — строгие, «старорежимные», с обложкой единого мышастого цвета, блеклыми Правилами дорожного движения сзади. Иные — современные, нарядные, с Ди Каприо и «Титаником», Гэндальфом и Поттером, и не сразу даже разглядишь среди этой цветности привычный квадратик «тетрадь учени__ __ класса _____ школы № ___ ____________». А иные зачем-то общие — по сорок восемь листов, точно их авторы решили в этом году сочинить по целому роману.

В каждой из тетрадок — сочинение «Как я провёл лето». И больше ничего. Учебный год только открылся. Бумага, так сказать, ещё чиста, жизнь, так сказать, только начинается.

Мы опускаем орфографические и синтаксические исправления учительницы, а также оценки. Учительницу зовут Вера Васильевна. Ей за пятьдесят, она красит волосы в тёмно-каштановый, носит тяжёлую вязаную кофту и имеет обыкновение, читая на уроках стихи классиков, прищёлкивать пальцами, точно исполняет джаз. Это всё, что мы хотим о ней знать.

Подробнее…1.

Как я провёл лето.

Сочинение.

Я провел лето хорошо. Я пришёл на вокзал, сел на какую-нибудь электричку, поехал. Мне понравилось название станции — Бессоновка, и я вышел. В Бессоновке стояли маленькие домики, людей не было видно, только куры. И я пошёл сначала по Бессоновке, а потом по лесу, и на меня напало черники много. Я не мог всю съесть. Я задержался долго. Я ел чернику, и кругом чернело больше, потому что ночь. Я хотел найти какую-нибудь ясную ягоду, но ясных уже не было видно.

Я заблудился, но пошёл на шум воды. На реке сидел кто-то с лицом пня. И он сказал, что его зовут Харон. Он проплывал мимо Бессоновки на лодке и залюбовался — тут ведь красиво, такая природа, и тогда лодка разбилась о камни. Он плакал и не знал, что делать. Я отломал щепки от разбитой лодки, вынул спички и разжёг костёр. У него был с собой ржаной хлеб, и я научил его печь хлеб на огне. Он попробовал и обрадовался, и так стало утро.

2.

Как я провёл лето.

Сочинение.

Меня зовут Миша. Мне тринадцать лет. Я учусь в школе. У меня есть мама и папа дома. Я люблю маму, папу и рыбку Аню. Рыбка в аквариуме. Я люблю мороженое «Муромские колокола», выпускаемое заводом им. Кржижановского? Да, я люблю мороженое «Муромские колокола», выпускаемое заводом им. Кржижановского. На руке пять пальцев. Мою учительницу зовут Вера Васильевна Тарбагатай. Я подсмотрел её фамилию в журнале.

А лета не бывает. Я никогда не видел лета. За весной сразу наступает осень. Весной уже всё зелёное, осенью уже всё желтое, зимой уже всё белое. А летом что? Лета не бывает. Я не замечал лета. Или была ещё весна, или уже осень.

Можно ли допустить, что лето есть, но я его не умею видеть? Можно. Другие говорят, что видят лето? Да, другие говорят, что видят лето. И слышат. Они даже умеют в нём жить. Я не умею жить в лете. Я или хочу быть с девочкой, как весной, или хочу умереть, как осенью, или ничего не хочу, как зимой. Я не знаю, что хотится при лете.

Я никак не провёл лето. Лето опять провело меня.

3.

Лето.

Сочинение.

Мы поехали в Ерусалим на землю Обетонированную. Мы долго ехали и у меня скочил прыщик над губой. Мы побывали на разных местах, где был Бог. Когда мы проезжали Галилейское озеро, прыщик безпокоил меня. В Вифлееме ужас как красиво, я думала про прыщик, он ничего. На Афонской долго были, там прыщик начал проходить, стал сухим, я купила по дороге средство мазь. Прыщик прошёл на обратной дороге, мне очень понравилось в Ерусалиме.

4.

Как я провела лето.

Дорогая Вера Васильевна! Вы думаете, что на лето меня из интерната забрал папа, но он не забрал. Но ведь все разъехались, говорите вы. Нет, говорю я, я осталась. Я осталась и жила в спальне девочек одна, и меня никто не видел, ведь никого не было. Иногда приходила тётя Фая, убиралась, мыла пол, а я лежала на кровати, закрывшись с головой. Она не замечала.

Вера Васильевна, я знаю, что такое умереть. Умереть — это когда все разъехались, а ты остался, и кругом вымыт пол, и ты не знаешь, есть ли ты. Я выходила по ночам во двор и качалась на наших качелях. Они скрипели всё громче: «иююн», «июююююл», «ааааааавгст».

Вера Васильевна, говорю я, рай — это ад, в котором ещё хлопают двери, звенят ложки и кричатся считалки. Ад — это рай, из которого все, кроме тебя, ушли, и все звуки мастеришь ты одна.

5.

как я собирал гербарий (лето).

сначала я увидил красивый лист шиповник сорвал засушил патом красивую веточку потом большую ветку сорвал засушил потом мима пробегал красивый щинок сорвал потом увидил красиво льющийся фонтан сорвал целеком акуратно очень красивого челавека очень красивого челавека хотел сорвать но не успел гербарий прелагаю к сочиненню.

6.

Как я провела лето?

Лето я провела хорошо.

7.

Мой друг Филипп научил меня кататься на роликах, и мы с ним стали раздавать флаеры. Мы всё лето это делали. Сначала хорошо шли флаеры со скидками на кино «Терминатор-3», балет кришнаитов в Алтуфьево, пельмени по-корейски в ресторане «Сянтау» и горчичники в аптеке № 453 (сам флаер был горчичником). Но уже к середине июня нам дали флаеры на бесплатный проход в метро, и за ними началась давка, пока мы не догадались откатиться от входа в метро. Пользовались популярностью флаеры на холодное оружие (два русских топора по цене одного ичкерского кинжала), исповедь в Томилинском монастыре (20 процентов грехов отпускают на халяву), посещение сеанса любви слонов в зоопарке (с флаером через 10 месяцев бесплатно пропускают на роды). Однако к середине лета брали флаеры со скидками на колу, на колу и только на колу. Было жарко. В августе нас заставили раздавать флаеры на собрание сочинений Зигмунда Фрейда, их брали в основном скинхеды, и то очень хило. Зато хорошо шли флаеры на посещение налоговой инспекции, или на воспоминания о родительском доме, или на крем от осенних морщин. Последний флаер на ЦарствоБожьеВнутриНас взял мальчик с яблоком в руке. Сделал из флаера самолётик и запустил. Самолётик летел долго, а мы гнались за ним на роликах. Самолётик так и не упал на землю.\
8.

Там было слишком много зелёного цвета. Я гостила у бабушки и дедушки в деревне. Всё хорошо, но кругом зелёное. На огороде капуста, огурцы, щавель и лук, а из ягод — один крыжовник незрелый. Зелёный дом с зелёными ставнями, а вокруг луга и луга. И в доме зеленоватая побелка, изумрудные занавески, половики малахитового цвета, да. Я спала на нежно-зелёной подушке, и в темноте на меня смотрели бутылочные глаза кота. У моих дедушки и бабушки старческая кожа болотного оттенка. Я не могла больше. Мне надо было убедиться, что в мире есть ещё цвета. Я очень соскучилась по яркому, особенно по алому. Простите, простите меня.

9.

What was summer?

It was dusty and long. All subjects was covered by dust, because have fallen asleep. A dust is eyelash of subjects. At the beginning of summer all of them are gentle and clean, but then was covered by a thin layer of somnolence and indifference. The dust was cleaned only by autumn rain. And I will speak Russian, because all Russian words are longer. But just now I am choking by the dust that is why I can speak only English.

10.

Мы уже приехали на вокзал с мамой. Но рассыпались монеты, и, когда мы нагнулись за ними, они лежали так, что, соединив их мысленными линиями, можно было увидеть что-то вроде глаза. Мы с мамой тут же закусили зубами волосы, мысленно плюнули в воздух и стали возвращаться домой, но белая крыса перебежала нам путь у самого подъезда. Дорога домой была отрезана. Мы купили в магазине с нечётным номером спички и, обмакнув их в лимонный сок, завязали в носовые платки. Теперь можно было, по крайней мере, идти на север, и мы двинулись пешком. Мама пела псалом. Мы дошли до Архангельска, и здесь на меня с дерева упал круглый кусок коры. На этом месте мы остановились и хотели начать строить часовню, как подсказали нам тени на земле. Рядом текла река; сказав шесть раз заклятье на воду, мама руками поймала окуня. Мы разрезали его и нашли золотой зуб рыбака. Вот тебе на! Это был знак, что нужно идти обратно, при этом вернуться до седьмого лунного дня и в дороге не рвать вороний глаз. Мы шли обратно долго, и на пятый лунный день я случайно сорвала вороний глаз. Но ничего не случилось. Вечер был замечательный, воздух кипел мошками, солнце садилось плавно и нежно. И мама, увидев это, вдруг остановилась и сказала, что теперь она уйдёт из эзотерической общины, выбросит все сонники и будет готовить для меня пирожки с вареньем. Всё оставшееся лето мы дома готовили и ели без оглядки пирожки с вареньем, к нам явилась та белая крыса, мы её угостили.

11.

Как я провёл лето.

Я побывал в маленьком швейцарском городке, названия которого не помню. Там у хозяина дома берут штраф, если на доме появляется грязное пятнышко, поэтому все дома чистые. Мостовые пахнут ландышами. Через мутноватую жёлтую речку перекинут ажурный мост, а в булочной, ярко освещённой, Лидс Нерблюм торгует крошечными пирожными, которые сквозняк легко сдувает с прилавка. Там каждый прохожий говорит тебе «Доброго дня». И ещё есть храм с органом, на котором играет натуральный гном в красной жилетке.

А потом я вернулся в Москву. И моё тело, уже готовое к розовым подушкам, венецианским пьескам на органе, тихим-тихим пирожным и добрым-добрым дням, снова запрудила грязная, грубая, биологическая, настоящая жизнь. Врач щёлкнул меня по щеке, снял свою маску, вымыл руки, ушёл перекурить.

12.

Как строчат, мать их! Будто напишут что-то новое, уроды. И ведь напишут. Вон Богдан валяет на английском, когда припадки, он переходит на любой из мировых языков. Вон Светка вертит в руках травинку, измазанную чем-то красным. Наверное, чернилами. Ей разрешают писать разным цветом. Колька весь перебинтованный сидит, очередная операция. Чего у них у всех морды такие счастливые? Будто не понимают, где мы и кто мы!

Не переношу это счастье с пусканием пузырей! Так и пишу, большими буквами, для вас, Вера Васильевна — НЕ ПЕРЕНОШУ! Кунсткамера убогих беллетристов. Они думали, что если за окнами лето красное, солнце светит, птички поют, тёлки гуляют, то и они, ученики спецшколы-интерната, имеют на эту благодать право!

И ведь имеют, вот что самое позорное. Имеют! И радоваться научены, и смиряться каждый со своей болезнью, и забывать о ней. Один я не умею. Так и разорвал бы ненавистную тетрадку, да руки не слушаются. Пишу-то ведь ртом, карандаш в зубах зажамши. Обделён! Обделён! Обделён!

Лето. Какое там для нас лето? Зачем вы вообще отпускаете нас за эти пыльные окна, Вера Васильевна? Чтобы мы видели счастливый мир, который о нас и знать не хочет? Здесь, когда вы начинаете читать нам Лермонтова и щёлкаете пальцами, в классе начинает пахнуть лавандой и миндалём. А там, за окнами, ничем не пахнет. Ничем и никогда.

Как я провёл лето? Я смотрел, как крутится старая пластинка с рэгтаймами Джоплина. Я боялся поставить на неё иголку. Боялся, что музыка не захочет для меня заиграть.

13.

Как я провёл лето.

Сочинение.

Папа сказал: я не верю, что ты какой-то специальный, какой-то хворый, какой-то обойдённый, ты мужчина, вот и докажи это. И он посадил меня в лодку и оттолкнул от берега, чтобы я самостоятельно поездил по миру. И лодка поплыла, а папа сказал: счастливого лета, сынок.

Сначала я плакал. Грести я не могу. Было то жарко, то холодно. Но лодка плыла сама, и я успокоился. Я выгляжу не совсем как все, поэтому жители деревень, мимо которых я проплывал, сначала пугались меня. Потом стали заходить в воду и рассматривать вблизи. А иногда вытаскивали лодку на берег и давали мне молока, картошки, хлеба. И говорили: «Не трогай нас пока. Мы тебя покормим, а нас не трогай». Они думали, глядя на меня, что я приехал за ними. Места были очень красивые: то поля, то леса, а то холмы со стогами. Речка петляла и петляла.

Особенно я залюбовался одной пригожей деревенькой. Там людей не было, только куры ходили. Лес будто акварелью нарисован вдали, а воздух голубой-голубой. Мне показалось, что я доплыл до самого лучшего лета. Лодка моя хрястнула о камни и начала заполняться водичкой. Я еле выбрался на берег. И опять заплакал.

Когда стемнело, из лесу вышел человек. Я его когда-то знал, но забыл. Он разжёг костёр и сел напротив меня. Я отдал ему остатки хлеба, которые не успели размокнуть. Он поджарил их на костре и угостил меня. «Я не хочу отсюда уезжать», — сказал я. «А мы никогда отсюда и не уезжали», — ответил он и подбросил в костёр ещё одну деревяшку, отломанную от моей лодки.
10:29:02 teufelin
SOURCE: discours.io/expo/li­terature/essay/trina­dtsat-vzdohov-o-lete­
понедельник, 22 октября 2018 г.
a 163 baran 17:47:30
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 20 октября 2018 г.
a 163 baran 10:46:44
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 10:37:19
Запись только для зарегистрированных пользователей.
пятница, 19 октября 2018 г.
a 163 baran 20:20:37
Запись только для зарегистрированных пользователей.
среда, 17 октября 2018 г.
a 163 baran 18:59:37
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 18:45:13
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 18:36:43
Запись только для зарегистрированных пользователей.
понедельник, 15 октября 2018 г.
a 163 baran 20:07:19
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 19:32:07
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 19:19:19
Запись только для зарегистрированных пользователей.
воскресенье, 7 октября 2018 г.
a 163 baran 14:24:00
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 14:18:25
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 2 октября 2018 г.
a 163 baran 18:49:44
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 18:07:07
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 25 сентября 2018 г.
a 163 baran 19:00:27
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 11:53:20
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 11:43:02
Запись только для зарегистрированных пользователей.
понедельник, 24 сентября 2018 г.
a 163 baran 18:58:05
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 18:49:15
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 18:34:51
Запись только для зарегистрированных пользователей.
среда, 19 сентября 2018 г.
a 163 baran 19:51:36
Запись только для зарегистрированных пользователей.
a 163 baran 19:49:00
Запись только для зарегистрированных пользователей.


Познавать мир можно и дома. > Записи друзей > Записи сообществ

читай на форуме:
...
яяч с
позы
пройди тесты:
Брак без любви?Раздевайся, Том...
читай в дневниках:
Мээ
Всей армии фруКтов добрый день.^^
....

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх